MiCA 2026: почему до 70% VASP могут уйти с рынка ЕС
Yaroslav Meretskyi
Managing Partner, Jurisprudential Consulting Group
Введение: европейский крипторынок входит в фазу жесткой фильтрации
В 2026 году европейская криптоиндустрия проходит один из самых важных регуляторных переломов за всю историю рынка цифровых активов. Суть этого перелома не в том, что Европейский союз «запрещает крипту» или уничтожает инновации. Напротив, MiCA создает единый правовой режим для криптоактивов, поставщиков криптосервисов, эмитентов токенов, торговых платформ, кастодианов, обменных сервисов и иных участников рынка. ESMA прямо указывает, что MiCA вводит единые правила ЕС для криптоактивов, включая требования к прозрачности, раскрытию информации, авторизации и надзору, а также направлена на поддержку целостности рынка, финансовой стабильности и лучшего информирования потребителей о рисках. (ESMA)
Однако для бизнеса практический эффект MiCA намного глубже, чем просто «получить новую лицензию». Главная проблема для большинства малых и средних операторов не сама подача заявления на CASP authorisation. Главная проблема постоянная стоимость содержания регулируемой финансовой инфраструктуры: AML, compliance, risk management, DORA, внутренний контроль, governance, отчетность, юридическое сопровождение, защита клиентских активов, cybersecurity, мониторинг транзакций и постоянное взаимодействие с регулятором.
Именно поэтому тезис о том, что до 70% существующих VASP-операторов или VASP-подобных криптобизнесов могут исчезнуть с рынка ЕС в 2026 году, имеет право на жизнь. Но его важно правильно формулировать. Это не официальная статистика ESMA и не утверждение, что ровно 70% всех криптокомпаний Европы прекратят деятельность. Это аналитический сценарий, применимый прежде всего к тем участникам рынка, которые строили бизнес на легких регистрациях, номинальном substance, слабом AML, серых платежных потоках, высокорисковом трафике, псевдо-комплаенсе или модели «купили VASP потом разберемся».
MiCA не убивает рынок. MiCA отделяет профессиональных операторов от непрофессиональных.
Что меняется: от VASP-регистрации к CASP-авторизации
За последние годы Европа действительно была удобной территорией для запуска криптобизнеса. Во многих странах можно было относительно быстро получить VASP-регистрацию, зарегистрировать компанию, назначить AML-офицера, подготовить базовые политики и начать работать. Такой режим позволял запускать криптокарты, OTC, обменники, Web3-продукты, payment solutions, криптопроцессинг и инфраструктурные fintech-проекты с относительно низким входным порогом.
Но VASP-регистрация и CASP-авторизация это разные юридические и экономические реальности.
VASP-режим во многих юрисдикциях был в первую очередь AML-регистрацией. Он подтверждал, что компания стоит на учете как поставщик услуг виртуальных активов и должна соблюдать требования по противодействию отмыванию денег и финансированию терроризма. CASP по MiCA это уже полноценный регулируемый поставщик криптоактивных услуг, который должен соответствовать требованиям к авторизации, капиталу, внутреннему управлению, защите клиентов, конфликтам интересов, outsourcing, custody, complaints handling, wind-down planning и иным обязательствам.
По MiCA CASP это юридическое лицо или иная организация, профессионально предоставляющая один или несколько криптоактивных сервисов клиентам и имеющая право делать это в соответствии с Article 59 MiCA. К таким сервисам относятся custody and administration of crypto-assets, operation of a trading platform, exchange of crypto-assets for funds, exchange of crypto-assets for other crypto-assets, execution of orders, placing, reception and transmission of orders, advice, portfolio management и transfer services. (cssf.lu)
Это означает, что вопрос для предпринимателя больше не звучит как «где быстрее получить VASP?». Правильный вопрос теперь другой: является ли моя деятельность регулируемой crypto-asset service по MiCA, и могу ли я экономически содержать CASP-структуру после получения лицензии?
Переходный период заканчивается: 1 июля 2026 года становится точкой отсечения
MiCA предусматривала переходный режим для существующих поставщиков криптоактивных услуг. ESMA объясняет, что Article 143 MiCA позволяет компаниям, которые предоставляли криптоактивные услуги в соответствии с национальным правом до 30 декабря 2024 года, продолжать деятельность до 1 июля 2026 года или до момента выдачи либо отказа в MiCA-авторизации, если это произойдет раньше. Государства-члены могли также не применять переходный режим или сократить его длительность. (ESMA)
17 апреля 2026 года ESMA отдельно подчеркнула, что переходный период MiCA официально заканчивается по всему ЕС 1 июля 2026 года. После этой даты любая компания, предоставляющая криптоактивные услуги клиентам ЕС без MiCA-лицензии, будет нарушать право ЕС и должна прекратить оказание таких услуг. ESMA также указала, что к 1 июля 2026 года любой неавторизованный CASP должен реализовать wind-down plan. (ESMA)
Это принципиально меняет рынок. До окончания переходного периода многие компании еще могли существовать в состоянии неопределенности: «мы зарегистрированы как VASP», «мы подали документы», «мы работаем по старому режиму», «мы ищем партнера», «мы еще успеем». После 1 июля 2026 года такая логика перестает работать. Рынок делится на три группы: авторизованные CASP, компании, работающие через корректно структурированных лицензированных партнеров, и операторы, которые должны прекратить обслуживание клиентов ЕС.
Почему проблема не в лицензии, а в стоимости compliance
Многие предприниматели ошибочно воспринимают MiCA как разовый проект: подготовить документы, подать application file, пройти вопросы регулятора, получить authorisation и продолжить бизнес. На практике MiCA это не одноразовая лицензия, а постоянный режим операционной дисциплины.
Article 59 MiCA предусматривает, что crypto-asset services в ЕС не могут предоставляться без соответствующей авторизации или статуса финансовой организации, которая имеет право предоставлять такие услуги. Авторизованный CASP должен иметь registered office в государстве-члене, effective management в ЕС, как минимум одного директора-резидента ЕС, и должен постоянно соответствовать условиям авторизации. При этом MiCA дает authorized CASP право предоставлять услуги по всему Союзу через freedom to provide services или establishment, то есть создает европейский passporting-эффект. (ESMA)
Этот passporting является преимуществом для сильных игроков, но одновременно повышает требования к качеству бизнеса. Регулятор не просто смотрит на комплект документов. Он оценивает бизнес-модель, роли контрагентов, структуру кошельков, движение активов, outsourcing, AML/CFT-контроль, IT-инфраструктуру и способность компании работать как финансовая организация. CSSF, например, указывает, что заявителю нужно представить business plan с точным описанием криптоактивных услуг, схемы роли заявителя в транзакциях и переводах, типы счетов и кошельков, а также объяснение роли партнеров, посредников и третьих лиц в бизнес-модели. (cssf.lu)
Именно здесь начинается экономический фильтр. Малый оператор может иметь хороший продукт, но не иметь бюджета на полноценную compliance-команду. Стартап может иметь технологию, но не иметь governance, risk management и DORA-инфраструктуры. OTC-брокер может иметь клиентов, но не иметь достаточной доказательной базы по source of funds, transaction monitoring и санкционным рискам. Процессор может иметь оборот, но не иметь банковского уровня контроля по merchant risk, high-risk traffic и AML.
MiCA превращает криптобизнес в регулируемый финансовый бизнес. А регулируемый финансовый бизнес стоит дорого.
Из чего состоит новая стоимость регулирования
CASP должен содержать не только юридическую оболочку, а полноценную операционную инфраструктуру. Общие обязательства CASP включают требования честно, справедливо и профессионально действовать в интересах клиентов, предоставлять fair, clear and not misleading information, предупреждать клиентов о рисках, быть прозрачным в отношении costs and charges, соблюдать prudential requirements, governance arrangements, требования к safekeeping of clients’ crypto-assets and funds, complaints handling, conflicts of interest, outsourcing и orderly wind-down. Французский регулятор AMF также указывает, что CASP подлежат AML-CFT, DORA и TFR-режимам. (AMF France)
Финансовый минимум сам по себе уже становится барьером. По Article 67 MiCA CASP должен иметь prudential safeguards в размере большего из двух значений: фиксированного минимального капитала, который зависит от вида услуг и составляет 50 000, 125 000 или 150 000 евро, либо четверти fixed overheads предыдущего года. (AMF France)
Но капитал это только начало. Компания должна содержать compliance officer, AML officer, risk function, internal control, юридическую поддержку, IT/security-команду, KYC/KYT-инструменты, blockchain analytics, transaction monitoring, incident reporting, outsourcing register, policies and procedures, complaints process, governance records, board minutes, regulatory reporting и постоянную документацию по клиентским активам.
DORA добавляет отдельный слой требований. ESMA указывает, что DORA применяется с 17 января 2025 года и направлена на укрепление ICT security финансовых организаций, а также включает ICT risk management, ICT third-party risk management, resilience testing, incident reporting, information sharing и oversight of critical ICT third-party providers. (ESMA)
AML/CFT-слой также становится более сложным. EBA прямо отмечает, что CASP могут использоваться для ML/TF, а риск повышается из-за скорости криптоактивных переводов и продуктов, скрывающих идентичность пользователя. EBA указывает, что CASP должны учитывать risk factors, применять mitigating measures и, в том числе, использовать blockchain analytics tools. (eba.europa.eu)
К этому добавляется налоговая прозрачность. DAC8 вступает в силу с 1 января 2026 года и расширяет автоматический обмен информацией на криптоактивные транзакции. Reporting Crypto-Asset Service Providers должны начать сбор данных по reportable crypto-asset transactions пользователей-резидентов ЕС с 1 января 2026 года, а первая отчетность за 2026 год будет направляться в 2027 году. (Taxation and Customs Union)
В итоге маленькая команда, которая раньше могла работать как VASP с минимальным штатом и внешним AML-консультантом, теперь сталкивается с необходимостью содержать фактически мини-финансовую организацию.
Почему прогноз «до 70%» имеет право на жизнь
Формулировка «до 70% VASP могут уйти с рынка» должна использоваться аккуратно. Ее нельзя подавать как установленный регулятором факт. Правильнее говорить так: до 70% существующих VASP-подобных, малых, номинальных, низкомаржинальных или недостаточно подготовленных операторов могут оказаться экономически неспособными продолжать деятельность в ЕС после окончания переходного периода MiCA.
Почему такой сценарий реалистичен?
Во-первых, часть старого VASP-рынка исторически состояла не из полноценных финансовых институтов, а из компаний с низким substance, номинальным управлением, шаблонными политиками, слабой связью с юрисдикцией регистрации и ограниченной реальной операционной инфраструктурой. Это не предположение: опыт Эстонии показал, что при ужесточении AML/CFT-режима рынок может резко сокращаться. Эстонская FIU сообщала, что после поправок к AML/CFT-законодательству, вступивших в силу 15 марта 2022 года, прекратилась действительность 389 authorisations, часть по решению FIU, часть по заявлению самих провайдеров; к 1 мая 2023 года осталось 100 active authorisations. FIU также отмечала подозрительные обстоятельства в заявках, включая номинальных директоров, фальсифицированные CV, отсутствие деловой репутации, идентичные бизнес-планы и отсутствие связи с Эстонией. (fiu.ee)
Во-вторых, MiCA повышает не только юридический порог, но и экономический. Если годовая выручка малого VASP составляет, например, 200 000–400 000 евро, а содержание CASP-инфраструктуры требует сопоставимого бюджета, бизнес-модель теряет смысл. Даже если компания способна собрать документы на лицензию, она может не выдержать ongoing compliance costs.
В-третьих, MiCA резко уменьшает пространство для серых конструкций. ESMA прямо напоминает, что компании, учрежденные вне ЕС, за пределами узкого исключения reverse solicitation не вправе предоставлять MiCA services инвесторам ЕС или привлекать клиентов ЕС. ESMA также подчеркивает, что это касается и B2B-контекста, а CASP не должны выстраивать outsourcing или delegation так, чтобы услуги клиентам ЕС фактически предоставлялись неавторизованными третьестрановыми структурами. (ESMA)
В-четвертых, регуляторная логика MiCA не ограничивается лицензированием. Европейская комиссия объясняет, что MiCA направлена на информирование клиентов о характеристиках и рисках криптоактивов, обеспечение целостности рынка, снижение риска fraud, введение организационных, операционных и пруденциальных требований, борьбу с market abuse, cyber risks, IT failures, money laundering, terrorist financing and sanctions circumvention. (Finance)
Именно поэтому прогноз в 50–70%, а в некоторых сегментах даже выше, не выглядит юридически или экономически абсурдным. Он является разумной гипотезой о судьбе legacy VASP-сегмента, который не готов к уровню требований, сопоставимому с регулируемыми финансовыми институтами.
Кто, скорее всего, уйдет с рынка
С рынка в первую очередь будут уходить не все криптокомпании, а определенные категории операторов.
Первая категория номинальные VASP-сервисы. Это компании, где лицензия была главным продуктом, а не реальная регулируемая деятельность. Такие структуры часто создавались для маркетинговой фразы «EU registered crypto company», но не имели полноценной команды, substance, внутренних процедур и реальной связи с юрисдикцией.
Вторая категория малые обменники и OTC-операторы без зрелого AML/KYT. Если бизнес построен на ручной обработке клиентов, слабой проверке источников средств, отсутствии системного transaction monitoring и неформальной коммуникации с клиентами, MiCA и AML/CFT-контроль становятся критическим барьером.
Третья категория процессоры high-risk traffic, включая gambling/casino traffic, adult traffic, сомнительные affiliate-схемы, P2P-переводы неясного происхождения и серый merchant processing. Важно подчеркнуть: сам по себе high-risk sector не означает незаконность. Но он требует намного более сильной модели risk management, enhanced due diligence, санкционного контроля, мониторинга транзакций и документированной бизнес-логики. Без этого банки, EMI, licensed CASPs и регуляторы будут воспринимать такую деятельность как неприемлемый риск.
Четвертая категория стартапы, которые хотели использовать VASP как дешевый regulatory wrapper. Раньше можно было построить продукт вокруг чужой ликвидности, чужих банковских рельсов, чужого процессинга и минимальной регистрации. В CASP-реальности нужно четко ответить: кто является regulated service provider, кто держит клиентские активы, кто исполняет ордера, кто отвечает за custody, кто заключает договор с клиентом, кто делает AML, кто несет ответственность перед регулятором.
Пятая категория компании без капитала и governance. Если нет достаточного капитала, директоров с опытом, управленческой структуры, процедур конфликтов интересов, outsourcing controls, IT resilience и wind-down plan, заявление на CASP будет слабым. Даже если лицензия будет получена, ее содержание может стать финансово неподъемным.
Кто выживет и усилится
Выживут не обязательно самые инновационные. Выживут те, кто способен финансировать regulated operations.
Крупные международные группы, банки, EMI, investment firms, профессиональные custodians, крупные exchanges, инфраструктурные провайдеры и compliance-first fintech-команды получают преимущество. Для них MiCA создает не только нагрузку, но и конкурентный барьер. Если компания уже имеет legal, compliance, audit, cybersecurity, risk и governance infrastructure, переход к CASP-режиму становится тяжелым, но управляемым.
MiCA также создает рынок для профессиональных white-label и embedded crypto решений. Но такие модели должны быть структурированы не как обход лицензирования, а как корректное распределение функций между лицензированным CASP и коммерческим партнером. Условно говоря, не каждый бизнес должен становиться CASP. Но каждый бизнес должен понимать, предоставляет ли он crypto-asset service по MiCA или только технологическую, маркетинговую, referral, analytics или software-функцию.
Эта разница становится ключевой.
Не каждому бизнесу нужна собственная CASP-лицензия
Один из главных практических выводов для предпринимателей: вопрос «как получить CASP-лицензию?» часто является неправильным. Более важный вопрос: нужна ли вашему бизнесу собственная CASP-лицензия вообще?
Если компания сама предоставляет custody, exchange, execution, transfer services, advice, portfolio management или reception and transmission of orders, она, скорее всего, попадает в regulated perimeter MiCA. Если же компания разрабатывает software, предоставляет интерфейс, занимается маркетингом, referral, customer acquisition, analytics, back-office или технологической интеграцией без предоставления регулируемой услуги клиенту, возможно, собственная CASP-авторизация ей не нужна. Но это всегда требует детального legal analysis, потому что формальное название договора не определяет правовую квалификацию деятельности.
По MiCA никто не вправе предоставлять crypto-asset services в ЕС без авторизации, если он не является уполномоченной финансовой организацией или CASP. CSSF прямо указывает, что CASP подлежит authorisation regime с prudential and organisational requirements, а crypto-asset services включают custody, trading platform, exchange, execution, placing, reception and transmission, advice, portfolio management и transfer services. (cssf.lu)
Поэтому white label, agency model или partnership with authorised CASP могут быть эффективными, но только если они построены правильно. Лицензированный CASP должен реально выполнять регулируемую функцию, нести ответственность перед клиентом и регулятором, контролировать AML/CFT, safeguarding, execution или custody в той части, где это применимо. Нелицензированная компания не должна фактически предоставлять regulated service под видом «маркетинга» или «технической интеграции».
Иными словами, white label это не способ спрятаться от MiCA. Это способ не строить собственный regulated institution там, где бизнес-модель может легально работать через уже авторизованного CASP.
Почему MiCA выгодна крупным игрокам
MiCA вводит единый европейский режим и дает авторизованному CASP возможность предоставлять услуги по всему ЕС без физического присутствия в каждом host Member State. Это сильный инструмент масштабирования для лицензированных компаний. (ESMA)
Но именно passporting усиливает концентрацию. Если одна крупная группа может получить CASP-authorisation в одной юрисдикции и дальше обслуживать клиентов по всему ЕС, ей не нужно покупать десятки локальных VASP-регистраций. Это снижает ценность старых локальных регистраций и повышает ценность сильной единой CASP-платформы.
Для малых игроков это означает давление с двух сторон. С одной стороны, они должны соответствовать почти тем же базовым требованиям, что и крупные игроки. С другой стороны, крупные игроки получают возможность масштабироваться быстрее и дешевле на единицу клиента, потому что compliance costs распределяются на большую клиентскую базу.
В результате рынок движется к консолидации. Будет меньше юридических лиц, меньше слабых регистраций, меньше номинальных операторов, больше M&A, больше partnerships, больше white-label CASP-моделей и больше зависимости от лицензированной инфраструктуры.
Почему исчезновение слабых игроков не обязательно плохо
Для предпринимателей MiCA выглядит болезненно. Для регулятора это ожидаемый результат.
Крипторынок действительно содержал и продолжает содержать мошеннические схемы, opaque business models, сомнительные OTC-каналы, casino/high-risk processing без достаточного контроля, P2P-сети с неясным происхождением средств, номинальные сервисы и компании, использующие европейскую регистрацию как маркетинговую ширму. MiCA не создает эту проблему; она пытается ее отфильтровать.
Европейская комиссия прямо указывает, что MiCA вводит организационные, операционные и пруденциальные требования для снижения fraud risks, требования IT security против cyber risks and IT failures, а также включает CASP в AML framework для снижения рисков money laundering, terrorist financing and sanctions circumvention. (Finance)
С этой точки зрения сокращение числа участников рынка не побочный эффект, а часть регуляторной логики. Если компания не способна подтвердить собственников, директоров, источники средств, модель транзакций, AML-контроль, safeguarding, IT resilience и способность корректно закрыть бизнес без вреда клиентам, то с точки зрения регулятора такая компания не должна обслуживать рынок ЕС.
MiCA не designed to make crypto small. Она designed to make crypto accountable.
Что будет происходить с рынком в 2026 году
В 2026 году можно ожидать несколько параллельных процессов.
Во-первых, часть VASP просто прекратит деятельность. Некоторые не подадут документы. Некоторые получат отказ. Некоторые поймут, что лицензирование экономически бессмысленно. Некоторые не смогут подтвердить substance, governance, capital или AML/CFT.
Во-вторых, усилится M&A. Малые компании с клиентской базой, технологией или доступом к определенному сегменту рынка будут продаваться более крупным CASP, EMI, exchanges или инфраструктурным группам. Покупателя будет интересовать не «бумажная регистрация», а clean client base, technology, team, regulatory history и отсутствие токсичных AML-рисков.
В-третьих, вырастет рынок white-label CASP и regulated infrastructure. Многие founder-led crypto projects не будут получать собственную CASP-лицензию, а будут строить продукт поверх лицензированного партнера. Это особенно актуально для криптокарт, on/off-ramp, wallets, brokerage, embedded crypto, merchant solutions и Web3-продуктов.
В-четвертых, банки и EMI станут более избирательными. Они будут работать не с теми, кто просто показывает старую VASP-регистрацию, а с теми, кто может показать CASP status, MiCA readiness, AML framework, DORA readiness, transaction monitoring, governance и прозрачную структуру клиентов.
В-пятых, серый рынок не исчезнет полностью, но будет вытесняться из регулируемого периметра ЕС. Часть игроков уйдет в offshore, часть попытается работать через reverse solicitation, часть будет маскироваться под B2B или software. Однако ESMA уже прямо ограничивает такие подходы, особенно если услуги фактически направлены на клиентов ЕС. (ESMA)
Что делать существующим VASP
Существующим VASP не стоит начинать с вопроса «в какой стране дешевле CASP?». Начинать нужно с regulatory diagnosis.
Первый шаг определить, какие именно crypto-asset services компания предоставляет по MiCA. Не по маркетинговому описанию, а по фактическим функциям: кто принимает ордера, кто исполняет, кто хранит активы, кто контролирует ключи, кто делает exchange, кто переводит активы, кто дает advice, кто является contractual service provider для клиента.
Второй шаг оценить gap между текущей VASP-инфраструктурой и CASP-требованиями. Нужно проверить governance, directors, shareholders, AML/CFT, sanctions, risk management, transaction monitoring, cybersecurity, DORA, outsourcing, safeguarding, complaints, conflicts, wind-down, financial forecasts и capital adequacy.
Третий шаг посчитать экономику. Если стоимость лицензирования и годового compliance превышает маржу бизнеса, собственная CASP-лицензия может быть неправильным решением. В таком случае нужно рассматривать partnership, white label, agency/referral model, sale, merger или pivot в нерегулируемую технологическую функцию.
Четвертый шаг привести структуру в порядок. Нельзя строить CASP-заявку на номинальных директорах, шаблонных политиках, непонятных контрагентах, mixed flows, offshore wallets, неясных source of funds и high-risk traffic без enhanced controls.
Пятый шаг подготовить exit plan. ESMA ожидает, что неавторизованные CASP должны иметь operational, credible and immediately executable wind-down plans, обеспечивающие orderly exit, offboarding клиентов и перевод crypto-assets к authorised CASP или self-hosted wallet без undue economic harm. (ESMA)
Почему ваша мысль сильная: MiCA фильтрует не идеи, а способность нести ответственность
Главная ценность вашего тезиса в том, что он правильно указывает на фундаментальный сдвиг: рынок больше не будет оценивать криптобизнес только по продукту, скорости разработки, UX или маркетингу. В 2026 году конкурентным преимуществом становится способность содержать regulated infrastructure.
Именно поэтому «любители», «номинальные сервисы», «серые процессоры», «псевдо-комплаенс» и «VASP ради вывески» действительно окажутся под сильнейшим давлением. Они не обязательно исчезнут в один день. Но им будет все сложнее получать банковские счета, подключать платежных партнеров, работать с лицензированными CASP, проходить due diligence, привлекать институциональных клиентов и законно обслуживать клиентов ЕС.
Но важно не сводить мысль к фразе «все умрут». Правильнее сказать: умрет не крипторынок, а старая модель дешевого входа в крипторынок ЕС через слабую регистрацию и минимальный compliance.
MiCA создает рынок профессиональных операторов. В таком рынке выигрывает не тот, кто первым запустил Telegram-бота, обменник или криптокарту. Выигрывает тот, кто может доказать регулятору, банку, партнеру и клиенту: у нас есть капитал, контроль, governance, AML, DORA, safeguarding, прозрачная бизнес-модель и способность отвечать за риски.
Практический вывод для founder’ов
Для founder’ов криптобизнеса главный вопрос на 2026 год звучит так:
Вы хотите быть регулируемым финансовым институтом или продуктовой компанией, работающей через регулируемого партнера?
Если ответ — «мы хотим быть CASP», нужно быть готовым к капиталу, команде, governance, AML, DORA, внутреннему контролю, отчетности и постоянному надзору.
Если ответ «мы хотим строить продукт», возможно, разумнее не получать собственную CASP-лицензию, а создать legal model через авторизованного CASP, где ваша компания отвечает за technology, brand, UX, distribution или customer acquisition, а regulated service выполняет лицензированный партнер.
Если бизнес работает с high-risk traffic, OTC, gambling/casino merchants, P2P liquidity, offshore flows или неясным source of funds, нужно не искать «легкую страну», а строить доказательную compliance-модель. В новой реальности вопрос не в том, где регулятор «проще». Вопрос в том, выдержит ли ваша модель due diligence банка, CASP-партнера, регулятора и аудитора.
Заключение: MiCA не разрушает рынок, а делает его дороже, прозрачнее и профессиональнее
MiCA не означает конец европейской криптоиндустрии. Но она означает конец эпохи, когда небольшая команда могла с минимальным бюджетом получить VASP-регистрацию, подключить партнеров, запустить продукт и работать в серой зоне между технологическим стартапом и финансовой организацией.
После окончания переходного периода в 2026 году рынок станет меньше по количеству слабых участников, но сильнее по качеству регулируемой инфраструктуры. Будет больше требований, больше расходов, больше проверок и меньше пространства для номинальных конструкций.
Именно поэтому прогноз о том, что до 70% legacy VASP-сегмента могут уйти с рынка или изменить модель работы, является не паникой, а разумной оценкой regulatory economics. Это не утверждение, что MiCA убивает крипту. Это утверждение, что MiCA делает европейский крипторынок рынком профессиональных, капитализированных и поднадзорных операторов.
Для потребителей это может означать большую защиту. Для регуляторов большую прозрачность. Для крупных игроков возможность консолидации. Для малых компаний необходимость выбирать: становиться полноценным CASP, работать через лицензированного партнера, продаваться, объединяться или уходить из регулируемого сегмента ЕС.
MiCA не designed to make the market smaller. Но рынок, который не способен оплатить прозрачность, контроль и ответственность, неизбежно станет меньше.
FAQ-блок для SEO
Что такое CASP по MiCA?
CASP это crypto-asset service provider, то есть поставщик криптоактивных услуг, который профессионально предоставляет клиентам один или несколько регулируемых сервисов: custody, exchange, trading platform, execution of orders, transfer services, advice, portfolio management и другие услуги, перечисленные в MiCA. Такой поставщик должен быть авторизован по MiCA или иметь иной допустимый регулируемый статус. (cssf.lu)
Когда заканчивается переходный период MiCA для VASP?
Общий переходный период MiCA заканчивается по всему ЕС 1 июля 2026 года. После этой даты поставщик криптоактивных услуг, который обслуживает клиентов ЕС без MiCA-лицензии, будет нарушать право ЕС и должен прекратить оказание таких услуг. (ESMA)
Почему многие VASP могут уйти с рынка?
Потому что MiCA требует не просто регистрации, а полноценной регулируемой инфраструктуры: капитала, governance, AML/CFT, transaction monitoring, safeguarding of client assets, DORA, cybersecurity, complaints handling, outsourcing controls и wind-down planning. Для малых операторов стоимость такой инфраструктуры может быть сопоставима с годовой выручкой.
Правда ли, что до 70% VASP исчезнут?
Это не официальная статистика, а аналитический сценарий. Он реалистичен для legacy VASP-сегмента, где много малых, номинальных, низкомаржинальных или недостаточно подготовленных операторов. Правильная формулировка: до 70% таких участников могут уйти с рынка, продаться, перейти на white-label модель или прекратить обслуживание клиентов ЕС.
Нужно ли каждому криптопроекту получать CASP-лицензию?
Нет. Если компания фактически предоставляет регулируемую crypto-asset service, лицензия или иной допустимый регулируемый статус необходимы. Но если компания занимается только software, analytics, marketing, referral или front-end под контролем авторизованного CASP и сама не оказывает регулируемую услугу, собственная CASP-лицензия может не требоваться. Это всегда требует отдельного legal analysis.
Можно ли работать через white-label CASP?
Да, но только если структура не является обходом MiCA. Лицензированный CASP должен реально предоставлять регулируемую услугу, отвечать за клиентов, AML/CFT, safeguarding, execution или custody в применимой части. Нелицензированная компания не должна фактически предоставлять MiCA services под видом маркетинга, IT или агентской модели.
Yaroslav Meretskyi
Managing Partner, Jurisprudential Consulting Group